А что, собственно, я делал в ресторане? Наверное, сделал себе подарок. Просто был свободный вечер, что по большому счёту — редкость. Всегда находятся заботы.

Есть понятие «гений места». На улице, где я нашёл «Мечту Молоховец», можно снимать кино из жизни старого Петербурга без декораций. Надо только попросить убрать от тротуаров выставку достижений мирового автомобильного хозяйства. Но если не обращать внимания на длинные чёрные машины — то перед вами будет тот самый Петербург начала прошлого столетия, когда, собственно и был построен Город.

Да, наверное, так мы и представляем гостиную в петербургском доме. Было такое неповторимое выражение в прошлом, двадцатом, веке — «из старого времени». Не столовая, а именно гостиная. Дерево, зелёные портьеры, мягкий свет и мягкие ковры. Высокий потолок. Много пространства, и за столиком есть ощущение уединённости.

Кто-то думает, что сигарой день необходимо заканчивать. Его дело. Я решил, что сигара только откроет мой свободный вечер. А вот коньяк хорош во всякую минуту. Особенно, если выбрать 20 летний «Пьер Ферран». С более старых коньяков я не рекомендовал бы начинать. Просто потом вам будет грустно забывать вкус старого коньяка. Не буду говорить «неповторимый». Особенный.

Сигара. Сигара. И ещё раз сигара. Небольшая. Только не надо кубинскую, доминиканские ни в чём не уступят. Так, чтобы курить её минут сорок. Не торопясь. И конечно, эспрессо.

Конечно, Елена Ивановна Молоховец, чьими кулинарными книгами зачитывалась Россия на рубеже 19го и 20го веков, мечтала не только об идеальной кухне. Она грёзила об идеальном мире, который невозможен без спокойствия, комфорта и да, да, кулинарных изысков, которые можно себе позволить…

Каких? Мне хотелось лёгкого ужина, поэтому я выбрал сыр и рыбу. Сыр. Сыр, разумеется, козий (другие — лучше в качестве десерта), печёный, с нежными салатными листьями. Тончайший белый гренок, с минимумом масла. Очень хорошо. А вот уже горячее. Морской окунь. Вы никогда не пробовали вяленые томаты, в качестве гарнира? Теперь и я знаю, что это такое. Как их приготовить? Нет, самому об этом лучше не думать… Лучше выбрать вино. Да, рыба, значит — белое. Французское? При прочих равных я всегда выбираю Южную Африку и Австралию. Да, да и за жёсткость в том числе. Но здесь я дрогнул. Десятилетнее Бордо есть десятилетнее бордо. Если быть точным «Sainte-Foy-Bordeaux Aoc. Chateau Hostens Picant. 1996». Только непременно в маленькой бутылке. Оно иначе зреет. Прозрачно золотой цвет. Вкус… не буду говорить нежный, насыщенный. Он очень… добрый. Или это мне кажется потому, что я слишком долго смотрел на пастель в японском стиле… Да, ведь в хороших старых домах должны были быть картины. И музыка. Разумеется не оркестр, а фортепиано. Кстати, музыка слышна очень ясно, но как бы «на заднем плане». Чтобы Вам было легко беседовать со спутником вполголоса.

Десерт. Десерт я выбрал столь же лёгкий, сколь и ужин. Крем-брюле (храни Вас Бог думать, что это было мороженое) с ежевикой. И ещё один кофе. Последняя горькая нота. Как я ни уговаривал себя воздерживаться от сладкого, но отказаться от фигурной шоколадки «Молоховец» я не смог.

Ах да, уже двенадцатый час, и за столиками нет гостей. Да, на часы я не смотрел, как-то  забылось. Но в петербургских гостиных тоже не смотрели на часы и никого не торопили. Разве можно торопить мечту?